15:56 

Офигительно интересная статья!

xa0c


Во внутреннем дворике филфака Санкт-Петербургского университета на крылечке лежит небольшой бегемот. Табличка гласит, что, если девушка потрет его правое ухо, в ее личной жизни все сложится хорошо. Левое ухо — для молодых людей. Одно бронзовое ухо бегемота натерто до блеска. На бегу не успеваю заметить какое.



Кроме бегемота во дворике стоят Иосиф Бродский и Лев Щерба. Первый — поэт и нобелевский лауреат, второй — лингвист, автор знаменитой глокой куздры, которая штеко будланула бокра. Оба бронзовые. Мы с Анастасией Рыко, еще не бронзовые, стоим рядом с Щербой. Я верчу в руках диктофон.



— Эта машинка вам хорошо известна, — заигрываю я с кандидатом филологических наук, чей предмет исследований составляет устная русская речь.



— О да! — кивает она.



Если бы у научных проектов были свои символы, то у проекта «Один речевой день», запущенного три года назад в стенах питерского универа, им стал бы диктофон.



Диктофон на шею



Технология кажется простой. На шею добровольцам — по-научному информантам — вешают диктофон, который записывает всю речевую продукцию, производимую человеком и его собеседниками за сутки. Проснулся — что-то буркнул жене, поехал на работу — поздоровался, обсудил с коллегами сплетни — машинка фиксирует все.



Чтобы все было по-честному, речь должна быть максимально естественной. Главное — пресечь все попытки участников эксперимента как-то подыграть ученым. Для этого соблюдалась технология, похожая на ту, что применяют при тестировании новых лекарств. Во-первых, полная анонимность, когда сами исследователи не знают, как зовут информантов. Во-вторых, диктофон и инструкции передает только тот ученый, который не участвует в исследовании и гарантирует, что сам не будет работать с полученными записями.



На сегодня записано 40 информантов — несколько сотен часов устной речи. Пока расшифровано только 40 часов, по часу от каждого. Уж больно трудоемкий процесс. На расшифровку и разнообразную разметку одной минуты записи у эксперта уходит примерно час работы. Анализируется все сверху донизу: звучание, грамматика, лексика, строение фразы.



С русского на папуасский



Ничего подобного отечественная лингвистика за несколько столетий своего существования не знала. До сих пор всевозможные нормативные описания языка строились на основе письменных текстов, а звуковой стороной языка занималась исключительно фонетика. Возникает законный вопрос: зачем вообще исследовать устную бытовую речь?



Представим такую ситуацию. Вы прилетели к инопланетянам, говорящим, естественно, по-инопланетянски. Что делать? Фантасты хором предлагают нажать кнопочку на скафандре — и пожалуйста, полное взаимопонимание достигнуто. На месте инопланетян, разумеется, могут быть и французы, и англичане, и носители языка суахили. Для письменной речи такая кнопочка уже существует: электронные переводчики встроены и в Google,и в Яндекс. А вот с живой устной речью пока никакая машина справиться не может.



Конечно, и фантастика может стать реальностью, но с одним условием: для начала надо разобраться, что такое устная речь и чем она отличается от письменной.



— После того как Кирилл и Мефодий тысячу лет тому назад создали славянскую азбуку, язык очень сильно изменился, — говорит автор и главный идеолог проекта, доктор филологических наук Александр Асиновский. — Изменилась его фонетическая природа. Мы сохраняем традиции письменности, но говорим как в известной английской поговорке: «Пишем “Манчестер” — читаем “Ливерпуль”».



— Вы хотите сказать, что речевая практика строится по иным грамматическим схемам, чем речь письменная?



— Я осмелюсь предположить, что по другим. Мы еще в самом начале пути. Еще год назад я вообще не знал, какой у современного человека словарный запас. Не тот, который в словарях записан, а тот, которым мы реально пользуемся.



Слово «реально» — повседневный кошмар питерских лингвистов. То, с чем им приходится иметь дело в проекте «Один речевой день», обнаруживает чудовищную истину: мы говорим не по тем законам, которые описаны в классических учебниках.



Вот кусочек расшифровки: «здрасть / отдел кадров уже закрыт? ага / сёння же пятница / они... они-и... до полтретьего / а то и... до двух // они же почти без обеда работают // я грю / кадры почти без обеда работают / поэтому щас они закрыты / пятница же… ну... хошь ночуй / хошь уезжай». Можете ли вы с точностью сказать, что понимаете, о чем здесь речь? Зато какой материал для словаря редуцированных форм русской речи! Все эти «здрасть», «сёння» и «грю» так выразительны, как будто их произносят с театральных подмостков. Но это совсем не театр, это наша жизнь.



О том, что устная речь отличается от письменной, догадывались уже давно. Тот самый академик Щерба, рядом с которым мы сейчас стоим, еще в начале XXвека утверждал: если мы начнем изучать устную русскую речь, мы получим другой язык.



— В этом подходе есть правда, — соглашается Асиновский, — приходится отказываться буквально от всего, чему тебя учили. Филология вообще достаточно традиционная наука. Но наша эмпирика постоянно выбивает почву из-под ног. У нас работают люди, которым интересно добывать новые знания, а не пребывать в ситуации защищенного цехового профессионализма.



Анастасия Рыко как раз из тех, кто не боится нового знания.



— Понимаете, результаты расшифровок напоминают хаос. Практически все традиционные единицы, с которыми мы, лингвисты, привыкли иметь дело, совершенно не работают: ни фонемы, ни морфемы, ни предложения. Ничего этого нет! Мы приходим к полной деструкции всех известных моделей, в рамках которых вообще можно что-то описывать. Наша задача — попытаться создать некоторую новую модель.



Лев Щерба строго косится на Анастасию, но та полна энтузиазма.



— Мы пытаемся описать звучащую речь как неизвестный нам язык. Вот допустим, мы приехали к папуасам, они говорят на каком-то языке, и мы слышим некий звуковой поток. Собственно говоря, это опыт полевой лингвистики. Мы изучаем звуковой поток.



Окончание, где ты?



Звуковой поток похож на Ниагарский водопад. Современные технические средства вроде голландской программы Praatпозволяют звук не только услышать, но и увидеть. Лохматая дорожка на экране — осциллограмма того, как мы говорим. С ее помощью можно, например, посчитать длительность и отследить качество произносимого звука. На слух это уловить почти невозможно. Если, конечно, вы слушаете не Юрия Левитана, говорящего в микрофон свое знаменитое «ОТ СОВЕТСКОГО ИНФОРМБЮРО». Но попробуйте сказать быстро фразу: «Молоко сегодня вкусное». А теперь попытайтесь определить, что вы произнесли вместо орфографических «о» и «е»? Да черта с два! А с программой — пожалуйста.



— Вообще-то эталонным для любого языка считается так называемый полный тип произнесения, — объясняет профессор Асиновский. — ВОТ КОГДА Я С ВАМИ СЕЙЧАС ГОВОРЮ — медленно, с паузами, четко артикулируя все слова, — это и есть полный тип. В нем можно легко найти любую фонему, и эта фонема будет соотнесена с определенной частью слова, то есть с той грамматикой, что в учебниках прописана. Но в нашем материале ничего подобного нет вообще.



Наш язык предполагает, что слово кроме корня состоит из целой кучи морфем — разнообразных суффиксов, приставок, окончаний. Слушая Левитана, мы можем точно сказать, из каких морфем состоит и в какой форме употреблено то или иное слово. И падежи, и роды, и числа, и прочее грамматическое богатство в его исполнении отлично слышно.



Однако результаты фонетического анализа доктора Асиновского и его группы обнаруживают, что до Левитана нам, мягко говоря, далеко. Вместо суффиксов и префиксов в живой устной речи — каша из сильно редуцированных, то есть ослабленных до неузнаваемости звуков, которая только намекает на присутствие здесь некой классической морфемы.



— Вот, к примеру, фраза из спонтанного монолога: «Я запомнил ее на всю оставшуюся жизнь», — с академическим достоинством продолжает Асиновский. — Возьмем из нее кусочек — «всю оставшуюся». Обнаруживается, что конец первого слова сливается с началом второго и вместо идеального сочетания двух гласных «у а» слышен однородный гласный, что-то вроде «ё». Если фрагмент вырезать и дать прослушать, у вас и сомнений никаких не возникнет: это «ё». И гласный на стыке слов довольно короткий. А там ведь и словесное, и фразовое ударение! По классике там должно быть не меньше 200 миллисекунд звучания и, конечно же, неоднородный гласный. Должно быть. Но этого нет, причем нет сплошняком!



Профессор Асиновский уже растерял свою академическую величественность и говорит яростно и страстно. У всех сорока информантов все стыки слов звучат совершенно одинаково. Причем неважно, сколько гласных сталкивается на границах слов: две — так две, четыре — так четыре. Все равно на месте их столкновения будет звучать некий невнятный гласный длительностью примерно 100 миллисекунд. И где тут, позвольте спросить, окончание или суффикс?



Исчезает и различение безударных гласных. Все стянуто в нечто короткое и однородное. Например, осциллограмма четко показывает, что различий между окончаниями в словах «рыжий» и «каждую» в естественной речи просто нет. О грамматических формах того и другого мы просто догадываемся.



Редукции, то есть ослаблению, подвергаются не только гласные. Согласный звук «j» (что-то вроде «й»;) в окончаниях прилагательных типа «синий», «синяя», похоже, и вовсе безвозвратно исчез. Та же участь постигла и предлоги, и сложные составные суффиксы. Во фрагментах типа «который у них» нет ни окончания «ый», ни предлога «у». А в слове «обворовывал» на месте сложной комбинации суффиксов «ов», «ыв» и «а» слышится невнятное «ав» непонятного происхождения.



Китайский акцент



Число грамматических форм, используемых в устной речи, сведено к довольно смешному минимуму. Наиболее употребителен именительный падеж. Присутствуют еще родительный и винительный. К примеру, по статистике на тридцать употреблений «человек» приходится только одно «человеком». А формы множественного числа творительного падежа вообще услышишь в редчайших случаях.



Из глагольных форм чаще всего встречается прошедшее время типа «говорил» и «говорила». А уж всякие там причастия, деепричастия, сложные будущие времена и прочая великая грамматика используются гомеопатически мало.



— Понимаете, что получается?! — со страстью восклицает Асиновский. — Когда мы пытаемся найти в естественной речи флексии, мы ищем то, чего нет. Для того чтобы понять, какие там фонемы, нам сначала нужно понять, что сказано. Понимаете? Сначала понять, а потом найти фонемы. Тогда у нас и части слова появятся, и звуки правильные. Но они появятся потом. А сначала нужно понять. О чем это говорит? — риторически вопрошает он.



Я что-то мычу в ответ. Асиновский машет рукой и чеканным голосом первооткрывателя отвечает сам:



— Это говорит о том, что в естественной русской речи грамматические значения с помощью окончаний и суффиксов больше не реализуются! Ну реально нет этих самых флексий, они в природе не встречаются. Их невозможно услышать, их невозможно вычленить.



Нелингвисту понять всю глобальность этого умозаключения довольно трудно. Но если Асиновский прав, нам грозит что-то вроде грамматической революции. Русский относится к синтетическим языкам, где значение и грамматическая форма выражены в пределах одного слова. Однако, изучая письменную речь последних десятилетий, специалисты всерьез опасались, что русский движется в сторону аналитизма, то есть стремится разделить грамматическое и лексическое значения.



Работы Асиновского и его коллег приводят к совсем другому выводу: русский язык в его устной форме постепенно становится изолирующим, то есть сокращает смысл слова до одного корня. Самый изученный изолирующий язык — китайский. Там все смыслы выражаются ничем не отягощенными корнями. Например, если я представлюсь незнакомому человеку, правильная синтетическая русская фраза может звучать примерно так: «Меня зовут Ольга, я работаю в “Русском репортере”». Если бы оказались правы «аналитики», мне бы пришлось представляться примерно так: «Мое имя есть Ольга, я являюсь сотрудником редакции журнала “Русский репортер”». Но в реальной жизни я говорю так же, как и все журналисты в России: «Ольга. “Русский репортер”». Именно так и говорят китайцы.



Самые частые слова



В аудитории, где мне обещали показать результаты расшифровок, скачут шестилетние мальчонка и девчонка.



— Здравствуйте, — важно говорит мальчонка, — я Тимофей Сергеевич.



— А я Надежда Григорьевна, — смущается девочка.



— Мы играем в суд, пожалуйста, вы нам не мешайте, — строго велит Тимофей Сергеевич.



— Тут у нас детский проект, — шепотом сообщают Анастасия Рыко и Татьяна Шерстинова, тоже кандидат филологических наук, работающий над проектом «Один речевой день». Мы удаляемся в уголок и возвращаемся к взрослой теме.



— Понимаете, — начинает объяснять Татьяна, — есть слова, которые, как нам кажется, мы постоянно используем. А на самом деле мы их вообще не употребляем. А вместо них говорим «вот», «блин» или что-то подобное.



Частотный словарь естественного русского языка при современной технике делается довольно просто: из расшифрованных текстов выбираются все слова и ранжируются по частоте повторов.



— Самое часто встречающееся слово — «я», — рассказывает Татьяна и добавляет: — Что неудивительно.



В самом деле, когда англичане лет двадцать назад запустили у себя аналогичный проект, у них тоже на первом месте оказалось «I». И это единственное, что нас с ними роднит.



— Угадайте, какое слово по частоте у нас на втором месте? — хитро спрашивает Анастасия.



Я подозреваю подвох и говорю первое, что приходит в голову:



— Допустим, «вот».



— Не-е, — смеются девушки.



— А какое?



— «Не-е»!



Не, вы поймите лингвистов правильно! Мы, русскоговорящие папуасы, вовсе не склонны к тотальному отрицанию всего и вся. Не, честное слово, не склонны! Просто для нас, как выяснилось, «не» — это вполне традиционное начало фразы. Если вам нужно, чтобы вас услышали, безотносительное «не» вырвется у вас рефлекторно. Даже если вы хотите сказать, что ваш собеседник прав. Не, реально, так поддерживается диалог по-русски.



В английской естественной речи все оказалось вполне ожидаемым. На первом месте сакраментальное «I», на втором не менее сакраментальное «you», на третьем «is». Англичане — люди простые и говорят именно то, что хотят сказать. Нет — так нет, да — так да.



По-русски все сложнее. Больше половины слов, используемых в естественной речи, не значит вообще ничего. В мировой лингвистике существует термин «дискурсивная лексика», или пустая форма. Это что-то вроде «э», заполняющего речевую паузу, или того же «вот» — слова, позволяющие установить контакт с собеседником. Но это вовсе не слова-паразиты, с которыми традиционно борются блюстители чистоты русской речи. Именно с их помощью, то есть дополняя слово мимикой, интонацией и жестом, мы передаем смысл. Понимаете? Мы передаем смысл словами, лишенными смысла!



Смотрим статистику. Первый полноценный глагол в частотном словнике — «знаю» — стоит на 40-м месте. Ни одного полноценного существительного в списке 150 самых употребительных слов не обнаружилось. Зато есть «блин» (85-е место), «типа» (118-е место) и, наконец, сакраментальное «бл…ь» — на 116-м месте.



— Вот пример, который я очень люблю, — говорит Татьяна. — Это расшифровка речи фотографа, очень образованного человека. Здесь у нас момент, когда он разговаривает с клиентом. Вот посмотрите: на 48 слов только 10 имеют смысл.



Татьяна открывает соответствующий файл. Так вот, оказывается, как мы говорим:



«А вот (э-э) на... н... вот наше вот это вот (э-э) вот это вот / вот тут / тут сложнее гораздо / да // потому что / значит / я вот вот (э-э) вот эти / ну в принципе / значит / ну / п... по моим / понятиям значит / я же не отличу так скажем / таджика от узбека что называется / да да да // да?»



— Позвольте, — я пытаюсь сделать хоть какие-то выводы из всего услышанного, — может быть, все это личные стилистические особенности данного говорящего? Но тогда все еще хуже. Для каждого придется придумывать свою собственную грамматику, фонетику и прочее?



— Вовсе нет! — в один голос отвечают Татьяна и Анастасия. — Понимаете, мы в огромной степени говорим шаблонами. Именно шаблоны покрывают очень большой процент речи. Как раз индивидуального мы встречаем очень мало…



— Та-а-ак, — доносится из другого конца комнаты, где по-прежнему активно действует «детский проект».



— И как же это у вас украли эти деньги? — строго вопрошает Тимофей Сергеевич.



— Ну, видите ли, — скромно ответствует Надежда Григорьевна, — я пришла в магазин, достала кошелек, тут вот их и украли…



— Так, понятно. Следить надо за кошельком, гражданочка! — Голос Тимофея Сергеевича делается по-отечески укоризненным.



— Слышите? — шепчет, смеясь, Татьяна. — Это же они не сами придумали. Где-то услышали. Вот и мы так говорим. Мы не придумываем язык, мы его берем от родителей, из телевизора, от приятелей. Где-то услышали, нам понравилось, мы повторили. А потом уже начинаем как-то синтезировать, варьировать. Для человека язык — это цитата.



«Это не хаос, это просто неизвестная организация»



Возвращаюсь в кабинет к идеологу и отцу-основателю «Одного речевого дня» доктору Асиновскому. У меня куча вопросов. Во-первых, если наша устная языковая реальность так печальна, то что же остается от русской языковой нормы, за которую до сих пор мы в редакции «Русского репортера» жизнь клали?



— Знаете, — после долгой паузы говорит Александр, — из этого эксперимента у меня родилось ощущение, что к двум известным болезням, дисграфии и дислексии, нужно добавить третью — дислингвию, утрату языка вообще, переход на язык жестов, принципиальный уход от слова. Такое количество разрушенного смысла или откровенной лжи культура не выдерживает. Возникает такая речевая практика, когда слова уже не найти — где это слово?



— Это вы сейчас говорите в пылу полемики или констатируете научно установленный факт?



— Я, конечно, говорю с пафосом и, разумеется, несколько утрирую. Для научных выводов пока путь маловат.



— Но если все так плохо, может быть, речь — это вообще не язык, а только некие сигналы, которые мы посылаем для понимания идеального смысла, существующего в сознании?



— Это у вас сейчас платоническое настроение, — смеется Асиновский. — Есть идея и вещь, есть сущность и проявление. Вы про это говорите? Но ведь тогда нам нужно будет допустить, что мы с вами не обмениваемся звуковыми волнами, а общаемся на ментальном уровне. А если все-таки обмениваемся, значит, мы должны уметь работать не только с идеальным, но и с реальным звучанием. Нужно найти идеальное в реальном.



— Есть старый анекдот про зэков, которые сидят в камере и рассказывают друг другу байки: «Номер один, номер четыре» — и все смеются. Не может ли устная речь быть просто отсылкой к некоему заведомо известному образцу?



— Не просто может — она обязательно является отсылкой к литературной форме языка. Мы понимаем то, что говорим, и можем это записать. Но тут можно обойтись и без Платона. Это все-таки не методология. Нам просто надо научиться работать с реальными сущностями. Мы очень плохо знаем реальные сущности языка, которыми пользуемся в устной форме, — вот в чем дело. Как мало языку нужно, чтобы состоялась коммуникация? Сколько на самом деле нужно падежей, флексий, правил, чтобы передать смысл? И сейчас, когда появились технологии, было бы странно, если бы мы не попытались ответить на эти вопросы.



— Практика устная и практика письменная не зависят друг от друга? Или окончания и суффиксы обречены на вымирание? Неужели мы больше не будем учить в школе падежи существительных?



— Поймите, письменная традиция зависит от того, каким образом устроена культура. Как люди относятся к традициям. Вот, например, японцы начали проводить свои проекты «Один речевой день» чуть ли не сразу после войны. Они каждый год анализируют триста речевых дней трехсот японцев и производят реформу: отмониторили какие-то изменения — и вносят коррекцию в грамматику. Японцы вообще странные люди. Они все время поправляют свою норму. Но это же полная, я бы сказал, распущенность — с нашей точки зрения!



— Устная речь не может быть полным хаосом. Должна быть какая-то структура.



— Хаос не имеет бытия, вы правы. И это не хаос, это просто неизвестная организация.



— Тогда в каком отношении эта организация находится к классической русской грамматике?



— Я бы не хотел противопоставлять устную стихию и эту болезненную дислингвию русскому языку в его письменной форме. Это просто разные ситуации. Мы ведем себя в разных ситуациях по-разному, и это нормально для культуры. В общем, вы легко можете нам сказать: «Ребята, вы чем занимаетесь? Это же не русский язык». И мы сможем ответить только одно: «Да, пожалуй, это не русский язык». Но поймите, устная речь — это тот же язык и та же грамматика, только в ней реализованы возможности, которые не являются украшением этого языка. В языке вообще невозможна ошибка. Ошибиться можно только с точки зрения нормы. Но ведь норма — это только соглашение, не система. Мы не создадим никакой отдельной грамматики — будет просто более полная грамматика русского языка, будет языковое зеркало, в которое можно посмотреть и сказать: мы сейчас говорим так.



rusrep.ru/article/2010/09/29/lingvistika/


URL
Комментарии
2010-10-01 в 16:04 

Идари
Female Chauvinistic Pig
Вот блин, Омерегу открыли :))
О том, что устная речь отличается от письменной, догадывались уже давно.
Я курсовик собиралась на третьем курсе писать по русской устной речи :)) материал даже собирала. Но решила, что два курсовика не потяну.
Тема интересна, да, но вообще-то ее и раньше много исследовали. Просто разговорный язык меняется еще быстрее, чем письменный, так что регулярно надо данные обновлять.
Я сама занималась расшифровкой подобных кассет, тогда, собсно, и обратила внимание :))) Нормальный диалог людей, вполне понимающих друг друга, при дословной записи с паузами выглядит совершенно по-идиотски.


— Это говорит о том, что в естественной русской речи грамматические значения с помощью окончаний и суффиксов больше не реализуются! Ну реально нет этих самых флексий, они в природе не встречаются. Их невозможно услышать, их невозможно вычленить.
Блиннн, ржунимагу. И 50 лет назад было то же самое. И, может, даже сто, только тогда диктофонов не было ))) смешные.

2010-10-01 в 16:09 

...
Мне, как не-лингвисту, очень интересно.

2010-10-01 в 16:18 

вождь Мелкая Река
Такое ощущение, будто меня связали, и одновременно другое ощущение, будто, если бы развязали меня, было бы еще хуже. © Франц Кафка
любопытная статья, спасибо))

2010-10-01 в 16:19 

Идари
Female Chauvinistic Pig
xa0c
Извини, есличо :)
Тема и правда аццки интересная, прямо захватывает, какие есть очень частые конструкции в устной речи, которые совершенно невозможны в письменной, даже в имитации разговорной речи.
Просто журналисты пытаются сделать новость из того, что новостью не является, ну... лет 50, в 60-е года все это изучали, если я не путаю.
А знаешь, кто вообще первый в русской литературе сблизил письменную и устную литературную речь? Пушкин-наше-все :)) Ему тогдашние критики пеняли очень, что он пишет так, как говорят, а тогда в литературной традиции полагалось писать так, как НЕ говорят, очень пафосно и красиво, как, например, Тредиаковский писал.

2010-10-01 в 16:29 

Max Gautz
give me your life and get out
Ужасно занятно, да.

2010-10-01 в 16:38 

xa0c
Идари

Извини, есличо

Не (=), я как раз и надеялась, что что-нибудь скажешь по поводу, как специалист. Я и раньше знала про различия устной и письменной речи: подруга была журналистом, я ей интервью помогала расшифровывать, еще тогда офигевала от того, насколько люди, оказывается, бессвязно разговаривают. И про проглатывание букв и слогов тоже тогда же узнала. Но все равно, интересно было это увидеть сформулированным и в одном месте. Плюс про самые распространенные слова — черт, жалко там всего списка нет. Но я теперь предложения с "не" еще чаще буду начинать.
И про китаизацию языка тоже забавно написано, правда как-то мне кажется они тут слегка подвирают.

URL
2010-10-01 в 16:49 

Идари
Female Chauvinistic Pig
xa0c
я ей интервью помогала расшифровывать, еще тогда офигевала от того, насколько люди, оказывается, бессвязно разговаривают
О, и это тоже )) Но вот когда я брала интервью, там было получше - во-первых, вопросы я присылала заранее, они там себе заметочки делали, шпарили по заметкам, довольно связно, плюс когда я расшифровывала, я сама делала этот ментальный flip, мысленно приводя фразы в литературный вид.
А вот если записывать какой-то свободный диалог, а потом расшифровывать дословно, указывая длительность пауз, все звуки типа "ээ, ыы", то этааапипееец :))) В моем случае это был еще диалог немцев, говорящих на русском :))
Хотя, если так вспомнить, каких-то фундаментальных трудов по устному русскому мне не встретилось. Разрозненная инфа встречается везде, а вот чтобы в одной книжке - такого не помню.
А еще интереснейшая тема, до которой руки не дошли - влияние "первого" иностранного языка на "второй". Влияние родного на изучаемый иностранный - это банально, это все знают. Но мы сами и наши преподы вдруг замечали у нас в болгарском польский акцент, в английском польские конструкции и т.д.

И про китаизацию языка тоже забавно написано, правда как-то мне кажется они тут слегка подвирают.
Вот эта склонность к назывным предложениям, состоящим только из подлежащего, и в письменном языке очень заметна, в художке. Например, английскому языку как бы не очень свойственно, а вот англоязычному слэшу - ОЧЕНЬ :)

2010-10-01 в 16:52 

Идари
Female Chauvinistic Pig
Лучше бы вместо исключения лексемы "хуй" академики прояснили ситуацию с "сейчас" ))
Точнее, с "щас". Это уже явственно не просто стяженная форма "сейчас", а практически самостоятельная частица, которая произносится с определенной интонацией и всегда только в такой форме. Щазз )) Приходится так ее и писать, потому что напишешь "сейчас" - и будет неясно, что герой сказал и как именно.

2010-10-01 в 17:02 

xa0c
Лучше бы вместо исключения лексемы "хуй"
Так это ж вроде утка была, нет?

Вот эта склонность к назывным предложениям, состоящим только из подлежащего, и в письменном языке очень заметна, в художке. Например, английскому языку как бы не очень свойственно, а вот англоязычному слэшу - ОЧЕНЬ

Вот-вот, я так и подумала, что это не только в русском языке есть, а значит не так уж и уникально. Я когда клиенту иностранцу звоню, он тоже обычно трубку берет и называет только имя и фирму, а не "такой-то из такого места".

URL
2010-10-01 в 17:16 

Идари
Female Chauvinistic Pig
xa0c
Не знаю, утка или нет, но я поржала ))
Это так, к слову.
Вообще у лингвистов есть понятие "давление узуса", то есть употребления. Реальный пример давления узуса появился прямо на наших глазах - в словарях про кофе написали, что "допустим средний род". Всего-то лет 20-230 говорения всеми "черное кофе", и вуаля ))
Я думаю, "нелицеприятный" тоже дожмут )) С тюлем неясно, вроде "белая тюль" еще не так распространено :)
Назывные предложения в русской классике кучами встречались, потом как-то в 20 веке вышли из моды, а теперь снова вернулись. Для английского они менее свойственны, но внезапно тоже вошли в моду. У Памелы Нанн регулярно встречается, а я не обращала внимания, когда просто читала. Только когда перевожу. Что-то вроде: Принц был высокий, мускулистый. Живые темные глаза, широкие плечи, белозубая улыбка. Пари держу, при написании эссе в школе амерские училки требуют: пишите полными предложениями! :))

Ха, про имя. Очаровательная устная англоязычная (амерская, наверное) конструкция Name's John :) В киношках встречается.
О! А амерский слэнг бедных черных районов! Это ж песня, сказка :) Them вместо the - ну например, I see them fucking cops. А, все эти nigga, gotta, kinda - мне кажется, повлияли на русские подонковские конструкции типа "ниибаццо" )) Ой, а какая благодатная тема - влияние английских калек в русских переводах на изменение норм русского письменного языка!
Чот меня занесло ))) С разговорным языком просто куда не копни - везде тема как минимум для курсача, а то и диплома. А то и диссера.

2010-10-01 в 17:39 

xa0c
Я думаю, "нелицеприятный" тоже дожмут

Дожмут, суки, точно дожмут=( И "довлеть" еще. И "надеть"-"одеть" тоже.

URL
2010-10-01 в 17:41 

Идари
Female Chauvinistic Pig
xa0c
И "займи мне", бррр *передернувшись*
А, смотри, прям в моем комменте, выходят из употребления римские цифры. Ибо переключаться на другую раскладку лень.

2010-10-01 в 17:44 

Max Gautz
give me your life and get out
черт, жалко там всего списка нет.
Да, тоже хочу весь список. Страстно.

А что не так с нелицеприятным?

Тюль, я думаю, сам вымрет. Где вы последний раз видели тюлевые занавески?

2010-10-01 в 17:52 

Леонид
Servidor de la Palabra
Пресловутая аналитизация характерна не только для русского. Те же самые англосаксы — америкосы и их духовные дети британцы (sic!) — на пресс-конференциях представляются ровно так же, как наши. Плюс их всеобщая гипокористика (Chuck вместо Charles, Ronny вместо Ronald, etc). Пример (в [скобках] — «проглатываемые» формы):

— [Hello,] Mr. Somebody! [My name is] Johnny Dow, [I am a reporter of "The] Manchester Guardian".

Проблема — не в «китаизации» русского, проблема — в «аналитизации» всеобщего речевого обихода. И корень надо искать не в Китае, а в компьютерах, имхо. И в мобильных телефонах.

Давление узуса AS IS ))

2010-10-01 в 18:01 

xa0c
Идари
А, смотри, прям в моем комменте, выходят из употребления римские цифры. Ибо переключаться на другую раскладку лень.

Ха, я все твои комменты по два раза перечитала, прежде чем поняла, где они там должны быть. Неудобно, ага. Переключаться, да еще и шифт держать. А еще я столкнулась с тем, что римские числа не все расшифровать могут, даже простые, типа VII или XII.

URL
2010-10-01 в 18:05 

xa0c
Max Gautz

А что не так с нелицеприятным?

Его повсеместно используют в значении "неприятный". А это слово, на самом деле, означает "беспристрастный", "нелицеприятно" = "не взирая на лица".

Тюль, я думаю, сам вымрет. Где вы последний раз видели тюлевые занавески?
Эээ, мне прям неловко за свои мещанские занавесочки стало=)

URL
2010-10-01 в 18:06 

xa0c
Леонид
— [Hello,] Mr. Somebody! [My name is] Johnny Dow, [I am a reporter of "The] Manchester Guardian".

Вот-вот, именно это я и имела в виду. Эту манеру разговора мы с Запада скопировали, как мне кажется.

URL
2010-10-01 в 18:08 

Идари
Female Chauvinistic Pig
xa0c
Мне часто присылают тексты, где века написаны арабскими цифрами, я старательно правлю для сайта, а сама незаметно перенимаю :(
Уйдут, уйдут римские цифры, еще при нашей жизни, думаю.
А еще я столкнулась с тем, что римские числа не все расшифровать могут, даже простые, типа VII или XII.
От таких уебанов я пока еще не видела :))
Слушай, а что там с "довлеть"? не самое частое слово. не помню когда его видела вообще в энторнетах.

2010-10-01 в 18:10 

Леонид
Servidor de la Palabra
xa0c, по-моему, г-н Асиновский путает языковую моду со сменой парадигмы.

2010-10-01 в 18:34 

xa0c
Леонид

Ну, я надеюсь, что это не филологи у нас такие, а просто журналист его не так понял. А то и от себя добавил. Иначе это все как-то совсем печально...

URL
2010-10-01 в 18:40 

xa0c
Идари
Слушай, а что там с "довлеть"? не самое частое слово. не помню когда его видела вообще в энторнетах.

Да ты что! Как это ты умудрилась? Да везде, буквально везде, "довлеет" употребляется в смысле "давит", "тяготеет", "угнетает". Я даже удивлена, что это значение еще в словари не попало. И в книгах тоже видела не раз.

Гм. Чего-то я начинаю впадать в модус граммар-наци. Надо успокоиться, а то я сама-то не без греха=)

URL
2010-10-01 в 18:43 

Леонид
Servidor de la Palabra
xa0c Ну, я надеюсь, что это не филологи у нас такие, а просто журналист его не так понял. А то и от себя добавил.

Кстати да, я об этом не подумал, а судя по стилю статьи, такое более чем вероятно. «Возвращаюсь в кабинет к идеологу и отцу-основателю «Одного речевого дня» доктору Асиновскому. У меня куча вопросов. Во-первых, если наша устная языковая реальность так печальна, то что же остается от русской языковой нормы, за которую до сих пор мы в редакции «Русского репортера» жизнь клали?» Не вы «жизнь клали», юные репортёрочки-карьеристки, а какой-нибудь печальный еврей — выпускающий редактор )))

2010-10-01 в 18:45 

Идари
Female Chauvinistic Pig
xa0c
А чо, не так, что ли? :)
Суровая рука закона довлела над ним :)
*быстро убежала, чтобы не получить пинка* ))

2010-10-01 в 18:48 

xa0c
Идари

Офф-топ, смешное про англосленг, глянь:
s3.amazonaws.com/four.livejournal/20100928/easi...

URL
2010-10-01 в 18:53 

xa0c
Идари

Блин, вот с тобой не поймешь, то ли ты шутишь так, то ли честно не знаешь...=)

URL
2010-10-03 в 14:38 

Идари
Female Chauvinistic Pig
xa0c
Мнэээ... я правда очень редко встречала это слово, никогда не употребляла и не проверяла по словарю, поэтому честно не знаю ))
Все, что я точно помню - это выражение библейское "довлеет дневи злоба его". Проблема с так называемой врожденной грамотностью в том, что если ты со словом не сталкивался, то и не знаешь )) я могу, конечно, посомтреть по словарю, но это неспортивно :) Теперь пинай :)))

2010-10-05 в 13:17 

Идари
Female Chauvinistic Pig
xa0c
Я прям заинтересовалась и позырила словарь.

ДОВЛЕТЬ, -еет; нсв. кому-чему.
1. Устар. книжн.
Быть достаточным, удовлетворять. Созданный им мир довлел только ему одному.
2. над кем (чем). Разг.
Господствовать, тяготеть над кем-, чем-л. Прошлое довлеет над моей жизнью. Привычка следовать типовым проектам довлела над инженерами. ◊ Довлеть (самому, самой) себе.
Зависеть в своём существовании, развитии только от себя, быть самодовлеющим. Природа сама себе довлеет. Творческая мысль сама себе довлеет. Довлеет дневи (дню) злоба его.
Хватает на каждый день своей заботы (из евангельского текста).

Я всегда встречала именно во втором значении - господствовать, тяготеть, а все другие считала или устаревшими, или слишком выпендрежными. Ну типа чресел ))
"Довлеть себе" - ваще никогда не сталкивалась, разве что в сочетании "самодовлеющий", которое вообще редкое, я контекста не вспомню.

2010-10-05 в 17:18 

xa0c
Идари

Блин, оно уже в словаре! Ну вот, еще несколько лет, и пометка "разг." исчезнет *дуется и куксится*. Это значение само по себе появилось, просто от похожего звучания на "давить" и всеобщей неграмотности. А теперь правильное — уже устаревшее, блин=(


Кстати, вспомнила, я же тебе книгу Jesse Hajicek одним файлом обещала. (У меня, правда, только в пдф есть, но в нормальном, который легко в текст сохраняется). Она сейчас висит на Флибусте и Либрусеке, если залогиненной зайдешь, найдешь через поиск по имени автора. И вообще, вступай в наше сообщество yNovels, может захочешь как-нибудь написать впечатление от какой-нибудь слэшной книжки, раз уж ты их все равно читаешь=)

URL
2010-10-05 в 17:38 

Идари
Female Chauvinistic Pig
xa0c
И поверь мне, оно в словаре давно :)
Я работала редактором в 97-98 году, проверяла такие вещи по словарям.
Вообще-то я себя иногда тоже на ошибках ловлю и не очень доверяю. скажем, всю жизнь считала, что "властям предержащим" - неправильно :) гыгы. Но это правильно. Это не "держащие власть", это именно "власти (какие?) предержащие", такое уж библейское выражение, ничего не попишешь.

В сообщество вступлю, но я никаких слэшных книжек пока не читала вроде ) за исключением флевеллинг.

2010-10-05 в 18:05 

xa0c
Идари
И поверь мне, оно в словаре давно
Вот щас мое ЧСВ упало куда-то ниже плинтуса=))))

никаких слэшных книжек пока не читала вроде ) за исключением флевеллинг.
А Памела Нанн издавалась? Тогда она тоже считается.

URL
2010-10-05 в 19:57 

Идари
Female Chauvinistic Pig
xa0c
Она самиздатом. Там сайт есть специальный lulu.com.
Вот щас мое ЧСВ упало куда-то ниже плинтуса=))))
Но я могу и ошибаться :))

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

свалка ценностей

главная